la_calvados: (Default)
[personal profile] la_calvados
Оригинал взят у [livejournal.com profile] dk_narrativ в Прощение, личная этика, продолжение отношений
В подавляющем большинстве случаев люди, злоупотребляющие властью, избивающие и сексуально эксплуатирующие других, запугивают их и внушают им, что те сами виноваты – слишком развратны, «сами этого хотели», «спровоцировали» и пр. Общество в существенной степени разделяет этот дискурс «обвинения пострадавшего». В результате человек, переживший насилие, часто обвиняет сам себя и ищет «уважительные причины» и оправдания поступкам обидчика.

Когда в процессе терапии злоупотребление властью и замалчивание «выводятся на чистую воду» и делаются видимыми, становится возможным отделить боль, причиненную насилием, от навязанного чувства стыда и вины за происшедшее - и от гнева и возмущения. Человек становится способен отпустить и оставить в прошлом боль, стыд и вину, контролировавшие его жизнь. Гнев и возмущение становятся ресурсом, опорой для того, чтобы выступить в защиту своих прав, вернуть себе свою жизнь, перейти с позиции вынужденности к позиции свободного выбора.

Некоторые люди хотят простить, потому что это соответствует их личной этике; но порой требуется достаточно много времени и усилий, чтобы разобраться, какая этика «моя», а какая навязана мне тем, кто совершал насилие, и теми, кто вступил с ним в сговор. В длительных значимых  отношениях, помимо насилия, часто присутствует много хорошего, ради чего эти отношения хотелось бы сохранить.

Работая с пережившими насилие, Дженкинс, Джой и Холл спрашивают:
  • Что для вас прощение: это про то, чтобы отпустить страдание, или помиловать обидчика, или про примирение?
  • Кого или что вы хотите простить/помиловать: обидчика? Насильственное поведение? Какие-то конкретные особенности человека?
  • Какие формы заглаживания вреда для вас при этом желательны/необходимы?
  • Демонстрирует ли обидчик какие-то признаки раскания или ответственности?
  • Знаете ли вы об обидчике что-то такое (хорошее), что важно было бы мочь рассматривать в отрыве от насильственного поведения?
  • Почему путь прощения стоит тех усилий, которых он от вас требует?

В подобных беседах очень подробно рассматриваются тонкости взаимоотношений, и вместо вины и стыда за происшедшее пострадавший переживает горе, тоску по ценным аспектам взаимоотношений, которые были ярко представлены до эпизода насилия, тоску по тому, чем эти взаимоотношения могли бы быть, если бы в них насилия не было.

Важно также отметить, что прощение в западной культуре (да и в нашей тоже) тесно связано с христианством – это одна из важнейших христианских добродетелей. «Настоящий» христианин должен быть способен простить, а если ему это не удается, значит, он «плохой» христианин. Исповедуясь перед Богом в своих грехах, человек получает отпущение грехов, Бог его прощает, и дальше отношения с Богом выстраиваются «с чистого листа». Подобные ожидания переносятся и в отношения между людьми – существует представление, что после того, как человек попросил прощения за нанесенную обиду, а тот, кого обидели, даровал прощение, отношения могут продолжаться, как если бы обида вообще не была нанесена. Но в отношениях между людьми это так не работает, и возникают дополнительные сложности.

Патрик О’Лири* говорит , что спустя несколько лет после акта прощения отношения проблемы могут возникать в ситуациях, когда человек, подвергавшийся насилию, хочет поговорить о каких-то актуальных действиях человека, совершавшего насилие, которые напоминают пострадавшему о насилии в прошлом или заставляют его чувствовать себя некомфортно.

Когда человек, подвергавшийся насилию, пытается поговорить об этом, очень часто получается так, что человек, в прошлом совершавший насилие, говорит: «Но это же все давно прошло  и быльем поросло! Зачем ворошить прошлое? Ты меня за это давно уже простил(а)». Так же порой говорят и значимые другие, которые не несут ответственности за насилие, но считают, что прощение отменяет необходимость в длящемся признании событий прошлого и их смысла для человека. Это, конечно, обесценивает как историю насилия, так и историю о том, что потребовалось совершить, чтобы смочь простить - чего стоило человеку, подвергавшемуся насилию, продолжать отношения.

В ситуации, когда отношения между пострадавшим и обидчиком неизбежно будут продолжаться, крайне важно заранее обсудить подобные сложности  и выяснить, что именно «прощение» значит для всех вовлеченных лиц – какое отношение к прошлому при этом подразумевается и что это может значить для будущего.

* O’Leary, P. (2003). The church, confession, forgiveness and male sexual abuse.  In Responding to Violence: a collection of papers relating to child sexual abuse and violence in intimate relationships, Dulwich Centre Publications, Adelaide, Australia, pp. 93-104.
Page generated Jul. 27th, 2017 08:46 am
Powered by Dreamwidth Studios